Станіслав Лосєв

b_150_100_16777215_00_images_stories_Iskusstvo_portreti_losev.jpgСтаніслав Іванович Лосєв народився 31 травня 1945 року в м. Сватове Луганської області. В Кремінній живе і працює з 1974 року.
Романтик, вихований на творах Жюля Верна і Джека Лондона. Член Національної Спілки письменників України.
Автор книг “Ягода - малина”, “Звідки ти, молодість?”, “Вам жити одне літо”.
Станіслав Лосєв – автор щонедільних Інтернет-видань “Мудринки”, “Дихання життя”, “Інститут чистих думок”.

 

 

Як професіональний письменник, я вже не можу читати художній твір, не звертаючи уваги на майстерність автора, його вміння володіти словом, знаходити точні психологічні деталі, вирізьблювати характер і таке інше.
Але, читаючи Станіслава Лосєва, я часто ловив себе на думці, що перестаю бути прискіпливим критиком. Мене захоплює його занепокоєність, пристрасть, настирливе прагнення доторкнутися до першооснов людського життя, до вічних істин, які на перший погляд аж занадто прості, ледь не наївні. Але чим істина простіша, тим важче її осягти, важче відчути. Для цього потрібен чималий життєвий досвід. Ледь не кожним своїм твором С. Лосєв спонукає замислитись над природою людського щастя, переконує читача, що воно, попри всі наші негаразди, є реальністю навіть у нашому замордованому й затурканому суспільстві. Внутрішньо пережите і глибоко вистраждане С. Лосєв не боїться висловлювати і прямим текстом, схиляючись у бік одвертого просвітництва.
Читати його — це ніби розмовляти з людиною, яка багато бачила, багато передумала, багато знає, з людиною виняткової щирості й людяності.
Лосєва глибоко поважав і любив М. Вінграновський. Він часто мене запитував: «Як там наш Славко? Я вже скучив за ним, за Дінцем і багаттям на березі». Сподіваюсь, що багаття С. Лосєва горітиме довго і багатьом читачам буде від нього світло і тепло.

Леонід Талалай
Лауреат Національної премії
України ім. Т.Г. Шевченка
м. Київ

 

ТЕЩИНЫ ВЕНИКИ


Васильцов тащил на базар два мешка аккуратно сложенных веников. Заехал за сто километров от своего села, школы, и, хоть чувствовал себя неважно, мог еще поддерживать в себе бодрость духа. Однако предстоящая распродажа страшила его. Чем ближе он подходил к базару, тем острее ощущал какое-то неудобство. Его начинало поташнивать, точно перед операцией, от которой теперь не отвертеться.
Васильцов женился на местной девахе через год после распределения. Деваха, симпатичная и бедовая до замужества, за мужем сразу скисла. Жаловалась на здоровье, вздыхала тайком, иногда плакала. Васильцов тоже вздыхал, но крепился, терпел.
Жили в достатке. У щедрых тещи и тестя брали молоко, сметану. От них несли кур, кролей. Везли картошку и морковку... Всего не перечислишь. Одно нужно сказать: сельский магазин не мог сравниться с тещиными закромами. В магазине брали хлеб да сахар.
Тесть умер неожиданно. К недугам жены добавились болезни ее матери. Тещино хозяйство пошло в разлад. Теперь впору было засучивать рукава молодым.
И все же, зять растерялся, когда разговор пошел о вениках. Как-никак учитель и, говорят, неплохой. Однако когда тему о вениках возобновила жена - отступать было некуда.
Под воскресенье Васильцов взвалил на плечи приготовленные тещей мешки и, провожаемый ее напутствиями, потопал на вокзал. Потом два часа трясся в черном оконном проеме пригородного поезда и вот теперь, с дрожью в душе, подходил к базару.
Было еще почти темно. Пустые ряды только-только начинали заполняться торговым людом. Покупателей не видно, лишь одна бойкая, пронырливая старушонка рыскала по рядам, интересуясь, что и откуда привезли.
Васильцов некоторое время топтался на месте, оглядывался по сторонам, удивительно напоминая потерявшегося малыша, у которого еще хватало мужества не расплакаться.
- Становись рядом, молодой человек. Места всем хватит, - окликнула его дородная тетка, казавшаяся приставленной к пустому прилавку.
- Да я... Теща веники попросила продать, - как бы оправдываясь и вместе с тем чувствуя облегчение, заговорил Васильцов.
- Веники у нас обычно продают у входа, - с достоинством сказала тетка, - но вы можете стоять и здесь. Покупатель свой товар найдет.
Обрадованный Васильцов зашел за прилавок, сбросил на землю мешки и стал их распаковывать. Изредка, между делом, он несколько раз взглянул на соседскую детскую коляску, придавленную к земле всевозможными сумочками и пакетами. Понял - народная медицина. Он слышал, что лекарственные растения на рынках продавать запрещено, однако ему и в голову сейчас не пришло, что это правило может распространяться на его покровительницу. Напротив, что-то доверительно убеждало его в правомерности и даже закономерности ее присутствия здесь.
Базар между тем оживал. Двинулся неспешно по торговым рядам редкий пока еще люд. Громче стали голоса. Васильцов окунался в какой-то новый для себя мир, незнакомый и чужой.
- Напрасно выложили так много веников, - сказала травница, - два-три и хватит. А то будут только рыться да перебирать. Кому надо, тот возьмет.
Васильцов подумал и убрал несколько веников из пышного веера на прилавке. Тетка по-прежнему стояла без дела, не распаковывая свой товар, и спокойно осматривала появившихся покупателей.
Спросили о цене. Васильцов ответил, как учила теща, невольно при этом покраснев. Но ничего. Терпеть можно было.
Учителя потеснили на прилавке новые соседи. По торговым рядам усилилось течение. Теперь вокруг только и слышно: «Почем?..», «А у вас?..», «Сколько?..». И когда в этом гаме вспыхивало слово «веники», Васильцов спешил ответить, порой еще не рассмотрев человека: «Два рубля».
- Хорошие веники, - сказала худенькая, аккуратная женщина, так напоминавшая Васильцову завуча школы, что он даже вздрогнул. - Я беру.
- Пожалуйста, - засуетился учитель, ободренный удачей. Он получил деньги, выложил на прилавок новый веник и весело оглядел ряды.
Соседка, к его немалому удивлению, все еще стояла с нераспакованным товаром.
- Вы почему не продаете? - спросил Васильцов с тем участием и добротой в голосе, с каким незлые по натуре люди обращаются обычно к менее удачливым, чем они сами.
- Мой покупатель еще не появился, - с прежней невозмутимостью ответила женщина. - Я пришла пораньше, место занять. - Она задержала на парне взгляд, и, видно, заметив в его глазах недоумение, коротко пояснила:- Кто с рассветом приходит за покупками, редко спрашивает лекарства.
Эта вроде бы незначительная на первый взгляд информация немало озадачила Васильцова. Сначала он даже не понял, почему, но потом все связалось: вспомнил жену, ее участившиеся за последнее время недомогания, жалобы, вздохи в постели, когда он утром собирался на уроки. Спала она до десяти, а то и дольше...
- Эй, хозяин! Спрашиваю, твои веники?
Васильцов вздрогнул и увидел перед собой невысокого старичка с рыжей бородкой, живыми глазами.
- Мои.
- Хороши веники, - похвалил старичок. - Я сам в молодости вязал. Вижу, не перевелись мастера. Ишь, как лозу умело заделал, - провел бережно ладонью по ручке. - Молодец.
Васильцов улыбнулся, сам не понимая своих чувств, и молча, несколько стесняясь, принял деньги у покупателя. Тот еще раз поблагодарил, растворился в толпе. И тут будто прорвало. Один за другим подходили люди и брали, брали веники.
- Легкая у деда рука, - заметила травница, неторопливо распаковывая свой товар. Васильцов лишь взглянул на неe и не ответил - стал спешно распаковывать второй мешок.
Мысленно он уже прикинул, сколько потребуется времени, чтобы распродать свой товар. Выходило так, что перед обратным поездом будет у него в запасе часа два. Успеет заглянуть в книжный магазин, скупиться.
Повеселевший, ободренный бойкой торговлей, учитель стал жизнерадостнее взирать на толпу, покосился и на соседский прилавок. Ах, каких только трав и корней здесь не было! Васильцов даже приблизился к тетке, рассматривая ее богатство. Но той уже было некогда. Появились ее покупатели. Одни спрашивали какую-то травку, другие искали средство от застарелой болезни. Тетка со всеми говорила по-разному: кому-то скупо что-то советовала, с иными обходилась ласково, другим рассказывала все в подробностях. Что у нее, к примеру, от желудка, при какой кислотности нужно употреблять, в какие сроки нужно ожидать эффект. А то советовала редкий корень. Тут же раскрывала книжку, показывала его на рисунке, просила прочесть такой-то абзац.
Васильцов хоть и урывками, но с нескрываемым интересом слушал эти советы, и как-то не удержался, воспользовался моментом:
- А что делать, когда боль в правом боку, вот здесь? - показал.
Торговка не задумываясь спросила, нет ли горечи во рту, и когда учитель утвердительно кивнул, спокойно сказала:
- Это печень. У мамы, наверное?.. Можно попробовать пижму, корень барбариса, но я чаще всего советую бессмертник, - и она показала на желтые цветочки, хорошо знакомые Васильцову, так как за тещиным домом на песчаном пустыре их росло видимо-невидимо.
Он хотел еще спросить, но тут его отвлек покупатель, а потом к соседке надолго подошла тучная женщина, страдающая одышкой. Когда же снова выдался момент, Васильцов завел осторожно разговор о болезнях жены, старательно вспоминая все ее жалобы и недуги. Он долго, подробно, объяснял, но добиться совета так и не смог, лишь основательно запутал свою доброжелательницу.
- Знаешь что, - сказала, наконец, тетка, - пусть мама сходит в больницу и хорошенько обследуется. Будет точный диагноз - я подберу нужные травки, даже редкие достану.
Васильцов кивнул и задумался.
Базар к этому часу стал каким-то другим - голосистее, что ли, а может, крикливее. То тут, то там вспыхивали мелкие перебранки. Веники стали брать неохотно, даже цену теперь спрашивали редко.
Одна покупательница, повертев в руке тещино изделие, небрежно бросила его назад на прилавок, даже не удостоив Васильцова взглядом. Потом подошел какой-то бледный тип в очках и принялся долго взвешивать веник в руке, морщился, поправляя очки, никак не мог на что-то решиться. Потом он исчез и снова появился, но так и не рискнул купить. Еще подходил маленький взъерошенный человечек и пронзительным голосом увещевал мастера, учил, какие именно веники следует вязать. У некоторых, на его взгляд, были очень длинные ручки, другие слишком лохматые. Он критиковал азартно и громко, отбивал и без того редких покупателей. Окончательно смутил учителя, и когда тот уже готов был признать, что веники во втором мешке попались действительно хуже, достал деньги и купил два.
Еще подходила серьезная женщина. Она перебрала все веники, заставила Васильцова выложить даже те, что оставались в мешке, подняла крик по поводу высокой цены и явной обдираловки. Гордая в своем негодовании, она все же нашла свой товар - выбрала однобокий длинный веник, который теща хотела было отложить, когда собирала поклажу, но
все-таки оставила, предупредив зятя, чтобы тот в случае чего отдал веник за полцены. Женщина уложила свою покупку поверх сумки и, облегченно вздохнув, заплатила полную стоимость. После этого она величественно удалилась.
Учитель долго стоял изумленный. Это походило на спектакль. Невольно вспомнилась школа, авторитетные коллеги, такие целеустремленные, такие деловые и серьезные. Их нравоучения и советы... Что-то в этом улавливалось общее.
...Опомнился Васильцов, когда пред ним на прилавке остался всего один веник. Два часа, на которые рассчитывал учитель, прогорели, но он все же ощущал себя удачливым человеком. Пожалуй, он даже был уверен в своей удаче. Ходить по магазинам расхотелось. Пока было немного времени до поезда, стоял и молча смотрел, как вершилась вокруг торговля.
В этот момент учитель и заметил идущую по базару молодую цыганку. Она скользила взглядом по прилавкам, по лицам торгующих и машинально тащила за собой грязного загорелого мальчугана. Учителю было приятно видеть красивую цыганку и ее смуглое дитя. Что-то привлекало в ней.
И тут, их взоры встретились. Черноокая вздрогнула, оказалась как бы застигнутой врасплох. Мельком глянула на прилавок, потом снова на учителя, и в ее глазах появилось недоумение. Что-то не связалось в ее представлении.
Круто свернув к Васильцову, она приблизилась к нему, все так же небрежно таща за собой дитя.
- Молодой-хороший, хочешь, погадаю? - спросила весело, но нехотя.
- Денег нет. Тещины веники продаю, - смело ответил Васильцов. - Вот, последний остался.
Цыганку его слова насчет денег нимало не смутили. Казалось, к тому же, она абсолютно поверила ему.
- Веник мне нужен, - и она, порывшись в кармане, вытащила мятый рубль.
Васильцов, с детства наслышанный о коварстве цыган и, вместе с тем, испытывающий к ним необъяснимое влечение, слегка подвинул веник собеседнице, давая понять, что он согласен на ее цену. И только теперь, в этот миг, понял, как он устал сегодня от этой своей необычней роли, от этой базарной работы.
Цыганка сунула покупку под мышку, но не ушла, посмотрела на парня, выжидая.
- Слово, дорогой, скажу...
Никогда в жизни Васильцову не гадали, тем более цыгане, а он считал этот талант сродни поэтическому.
- Ждет тебя впереди высокая должность, - цыганка поправила под рукой веник, помолчала, - но живешь ты несчастливо. Не все в том твоя вина, но только от тебя сейчас зависит, как повернется твоя жизнь. Думай.
... Уже давно позади остался чужой город, шумный базар, а Васильцов все не мог сбросить с себя этих пут, сбить этой базарной окалины. Снова и снова переживал те чувства, которые уже испытал сегодня, вспоминал лица и жесты незнакомых людей, думал о цыганке и ее напутствии. Откуда было знать ей, живущей за сотню километров от его села и школы, то, к чему он сам относился с недоверием и сомнением? Не разошлись же по всему миру эти слухи, невесть каким ветром принесенные в школу, слухи о том, что его, Васильцова, будут рекомендовать на должность директора?
Ехал учитель у окошка, слушал перестук колес и думал над нелегкими в своей жизни вопросами. А до дома оставалось всего два часа пути.

1987г.

 

ВСЕ О ЛЮБВИ

1. Влюбленность

- Как серьезная книга начинается с предисловия, так и большой любви предшествует влюбленность.
- Влюбленность – временный эмоциональный взлет и своеобразное затмение.
- Природный механизм влюбленности столь могуч, что никакие здравые доводы не будут услышаны, – на том и стоит род Человеческий.
- Нужно хорошо понимать, что все, что написано и сказано о любви, на самом деле написано и сказано о влюбленности.
- Влюбленность не требует усилий, но дает нам уверенность, что мы достигли конечного пункта. Под музыку влюбленности пляшут даже старики.
- «Все уже совершилось», - говорит влюбленность, - и это самая большая иллюзия любого влюбленного.
- Даже человек прагматичный нередко верит, что эйфория влюбленности будет продолжаться вечно.
- Каким бы изысканным ни было предисловие, оно, во-первых, лишь небольшая часть книги, во-вторых, вовсе не сама книга, а лишь своеобразная информация, помогающая понять эту книгу.
- По мнению специалистов, любовь как чувство эмоционально свежо, в среднем, два года. Дальше, не подкрепленное действием, оно быстро угасает.
- Возвращение в мир реальности нередко ставит нас перед выбором: либо теперь мучаться всю жизнь, либо начать все сначала.
- Реальный путь к гармонии только один – учиться трудному искусству любви.
- Как ни парадоксально, полноценная любовь начинается тогда, когда заканчивается влюбленность.

2. Постижение любви

- В практическом решении учиться любить заложен огромный потенциал дальнейшей жизни.
- Любви нужно учиться так же, как учатся профессии. Если профессия приносит смысл и материальную обеспеченность, то любовь наполняет нас живым светом полноценного бытия.
- Человек не может жить без любви. В детстве мы нежимся в любви родителей и близких, взрослыми сгораем в пожаре влюбленности и самоотверженно сражаемся на личном фронте, в старости согреваемся у очага любви детей и внуков, родных и друзей.
- Все сексуальные отклонения у подростков происходят из пустого сосуда эмоциональной любви, который не был заполнен в детстве. Если рядом с Вами живет человек, не наполненный любовью, то Вы либо используете его, либо проявляете преступную халатность.
- Нехватка любви драматичнее нехватки денег. Отсутствие денег рождает нищету, отсутствие любви – бессмысленность самого существования.
- Любовь - это сотворение себя для процветания жизни.
- Наполненность любовью несет ощущение радости и безопасности.
- Если меня любят, - значит, я того стою, и жизнь имеет смысл.
- Наполнить эмоциональный сосуд близких людей любовью – задача, достойная смысла жизни.

3. Любить – означает действовать

- Любовь – это трудные шаги навстречу друг другу: не только получать то, что любишь, а и делать во благо того, кого любишь.
Первый шаг навстречу – язык одобрения.
- Самая большая потребность человека – потребность в одобрении.
- Слова одобрения питают эмоциональный климат любви, как влага растение.
- Любовь всегда передается добрыми словами, но нередко вместо них мы посылаем непонятные сообщения.
- Мягкий ответ способен погасить даже необузданный гнев.
Второй шаг навстречу – умение поставить себя на место другого.
- Выясните, что для любимого является наиболее важным, и поддержите его.
- Если мы хотим наполнить друг друга любовью, мы должны знать, о чем мечтает другой.
- Получая желаемое, мы невольно хотим ответить взаимностью.
- Никто из нас не идеален, но любовь не вспоминает прошлых неудач.
- Не надо становиться судьей или обвинителем, и тем самым заявлять вслух о неспособности или нежелании любить.
- Прощение - не чувство. Это - обязательство. Признайте за собой и другими право делать и исправлять ошибки.
- Любовь просит, но не требует. Просьба дает любви новое течение, требование ее останавливает.
- В одно мгновение требование переставит Вас с платформы друга на платформу тирана.
- Если мы хотим близких отношений, мы должны учиться не требовать, а мягко просить.
- Когда к Вам высказывается просьба, то тем самым признается Ваша ценность и Ваши возможности.
- Иногда простое признание в своей неправоте сделает значительно больше, чем весь Ваш труд во благо любви.
Третий шаг навстречу – язык внимания.
- Ключевым моментом сфокусированного внимания является близость.
- Близость – не соседство, не пребывание в одном доме. Близость – это то, чем мы живем вместе.
- Близость рождает сигналы о том, что нам нравится быть друг с другом.
- Близость не позволяет делать два дела одновременно.
- Близость не ведает ревности, ибо ревность - это неосознанное желание сохранить за собой то, что приносит тебе удовольствие, и чем ты хотел бы безраздельно пользоваться всегда.
Четвертый шаг навстречу – язык подарков.
- Чтобы дарить, нужно помнить о близком человеке, и подарок - символ этой памяти.
- Подарок – визуальное олицетворение любви.
- Важна не столько стоимость подарка, сколько та мысль о любимом, которая воплощена в нем.
- Самый дорогой подарок – дар самого себя. Он нередко дороже всех вещей, вместе взятых.
- Физическое присутствие в период кризиса – самый мощный из подарков, которые Вы можете подарить.
- Сердце любви – дарить с радостью.
Пятый шаг навстречу – язык служения любви.
- Служить - не значит «прислуживать». Служение – выражение любви; прислуживание – унизительная работа.
- Чаще показывайте свою любовь, делая что-то друг для друга.
- То, что мы делаем до женитьбы, вовсе не означает, что мы будем делать это и после. Однако вспомнить об этом и вернуться к этому означает нередко – спасти брак.
- Иногда решить проблему можно, искренне попросив друг друга сделать что-то важное для себя.
- То, что было нормой в семье Ваших родителей, не всегда может быть нормой для Вас, так как у Вас свой язык любви.
- В вопросах любви не может быть стереотипов, и сын, которого «запрягла» его жена, на самом деле «счастливчик», точно нашедший язык любви своей супруги.
- Истина в том, что каждый из нас говорит на своем языке любви, и нередко это плохо понимают близкие люди.
Шестой шаг навстречу – язык контактов.
- Тело предназначено для прикосновений.
- Физические прикосновения – безмолвный рассказ о любви.
- Как не бывает гениальных людей без того, чтобы их в детстве часто не гладили по головке, - так не бывает любви без музыки физических контактов.
- Верное направление в языке контактов – это путь наслаждения; ошибки нередко приводят к крушению.
- Ищите прикосновения любви, тогда даже мимолетный контакт может принести целую бурю неизгладимых переживаний.
- Секс, о котором так много говорят и пишут, только один из видов контактов. Общая же их палитра воистину бесконечна: от мягких завуалированных полутонов до откровенного требования безраздельного внимания. Не обедняйте себя скупыми однообразными движениями.
- Во время кризиса мы больше всего нуждаемся в любви.
- Иногда простое объятие может решить самую сложную проблему.
- Еще раз скажем: любовь - это серьезный труд, и надеяться на «авось» - значит, сознательно обрекать себя на несчастье.
- Можно всю жизнь метаться в поисках новых партнеров, но нередко только один верно сделанный шаг навстречу может решить все последующие проблемы.
- Обратите внимание на свой «язык любви». Не стучитесь ли вы в собственные двери?
- Прислушайтесь к тому, что просит от Вас близкий человек. При внимательном анализе Вы сделаете тот верный выбор, который преобразит Вашу жизнь.
- Не бойтесь спросить: «Что я могу сделать для твоего счастья?» И пусть не удивит Вас ответ. В нем может быть все: от стирки белья до самой дорогой покупки, – и все это равноценные языки любви.
- Удовлетворение близких в потребности любви - это тот выбор, который принесет полную безопасность Вашему союзу.
- Если сделать то, о чем просит любимый, для Вас неестественно, то все же если Вы сделаете это, то еще больше выразите свою любовь.
- Жизнь в браке без чувств – лицемерие, но выражение акта любви во благо другого – выбор, достойный уважения. Возможно, все Ваши проблемы – это всего лишь незнание того, как действовать во имя любви.
- Язык любви существует как в мире взрослых, так и в мире детей. Научитесь говорить на понятном языке, и все Ваши семейные проблемы окажутся позади.

4. Уровни любви

- Человек рожден для счастья. Счастливая и радостная жизнь, согретая любовью, - признак естественной нормы.
- Сознание Любви зарождается из любви к себе, развивается любовью к миру и шлифуется Любовью к Высшему.
- Среди споров и рассуждений об «умных» и «глупых», «богатых» и «бедных», «духовных» и «бездуховных», реален только один критерий земной жизни: живете ли Вы радостно, счастливо и с Любовью в открытом сердце.
- Любовь рождает естественную полноту жизни. Ощущение полноты жизни - платформа чистых мыслей. По своим мыслям и делам вы можете осознать уровень своего развития:
1. Уровень «Мир - борьба»: мысли о себе, о своих материальных потребностях, страх перед Богом.
2. Уровень «Мир жесток»: мысли о себе, о семье, поиски смысла жизни, поиски Бога.
3. Уровень «Мир сложен»: служение идее, нации, религиозность.
4. Уровень «Мир - сотворчество»: человечество - единый организм, мера в материальном, благодарение Высшему.
5. Уровень «Мир прекрасен»: поиски своего предназначения в жизни, безупречность в материальном, сотрудничество с Высшим.
6. Уровень «Мир удивителен»: точное выполнение своего предназначения. Гармония мысли, слова и действия, осознание себя частичкой Высшего.
7. Уровень «Абсолютная чистота мыслей».
Любовь не способна что-то изменить в прошлом, но ей по силам творить будущее.

МЕНТАЛЬНЫЙ ТУПИК

фантастический рассказ


В центре зала за длинным столом сидели люди. Сам Зорька очутился на возвышении, вроде как на сцене, на которой стояло несколько кресел. Невысокий человек поднялся со своего места и предложил гостю присесть.
- Чувствуйте себя как дома. Пользуясь правом председательствующего, открываю наш Совет. Желающим - слово.
Пока Зорька устраивался, мальчуган, встретивший его, спустился в зал и занял место за столом Совета. Рядом с ним сидели ещё два мальчика, разве что чуть старше возрастом. Зорьку такой состав немного озадачил. Один из мальчуганов поднялся со своей скамейки.
- От имени младших приветствую землянина и желаю ему счастья быть здоровым.
Когда он сел, поднялась девушка из соседней, старшей группы:
- Мне приятно приветствовать гостя в Центральном совете. За несколько дней пребывания на Поле он вошёл в нашу жизнь, как равноправный член общества. Присутствие на Поле сына Земли вызвало заметный подъём активности нашей молодёжи. Спасибо за помощь в строительстве Дома молодёжи.
Слово взял серьёзный человек:
- Хочу проинформировать гостя, что с первого мгновения, как он был обнаружен на Поле и как только уяснился факт случайного захвата, наша планета, была заторможена «день к году». Таким образом, вы получили возможность, не тратя громаду Планетного времени, разобраться в нашем образе жизни и получить от нас полезную информацию. Выбранная форма общения была самая продуктивная для вас и вашего сознания.
- От имени старейшин, - поднялся следующий член Совета, - заверяю гостя, что мы поддержим любые ваши требования и осуществим любые материальные затраты для их выполнения. Сейчас наша планета терпит повышенное энергетическое напряжение ввиду того, что находится в очень невыгодном временном режиме. Желательно, чтобы окончательное решение поступило не позднее завтрашнего полудня...
Не помнил, как вышел из зала Совета, как машинально надкусил яблоко.
- Ну, что? - с волнением бросилась к нему Алана.
- Я думал, ваш Совет - это... это страшно. Знаменитые люди, политики, строгий народ... Но там были дети и молодёжь.
- Да. Это одарённые дети. И разве подрастающее поколение не должно жить заботами своей цивилизации?
- Тебе будет трудно у нас.
- Думаю, тебе у нас тоже нелегко. Потом, я ведь приду в хорошо изученный мир, а ты знаешь о нас так мало. Скажем, догадываешься ли ты о веренице современных проблем? Знаешь ли ты, к примеру, что такое эстетизированная лень? Так вот, это такое состояние современных людей, когда самые красивые чувства, движения души переселяются из области естественных инстинктивных проявлений в область мыслительных реакций. Проще - когда предпочитают любить в мыслях, чем наяву. Вот почему твой приход всколыхнул молодёжь.
Невольно улыбнулся.
«Значит, я у них вроде эталона, - подумал. - Ну, наших бы сюда самцов - Носа, Волка. Зараза, нигде не знаешь - где выиграешь, где проиграешь. Дома украдкой поглядывал на женские ножки, оказывается - правильно делал. Странный народец. Доживёшься, что не будет тянуть в постель, вот тебе и конец цивилизации. Эталон... А если эталон, то чего легко отпускаете? Ну, сказали бы: на Земле, дескать, и без тебя таких полно, оставайся у нас, так сказать, для развода. Ты нам нужен».
- А если я останусь? - спросил, теряясь. Девушка светло посмотрела в глаза:
- У тебя есть право выбора.
- А если тебе не понравится и придётся возвращаться? - спросил.
- Нет. Ушедшему теперь вернуться не дано. Пола перейдёт в Мировой режим. На пороге осень.
Зорька вздохнул.
«Если у них есть суд, то самый гуманный суд, какой можно себе представить. Достаточно преступника оставить на уютной планетке и перейти в Мировой режим. Но что может быть ужаснее этого!..»
- А где сейчас Рикадо? - спросил, не зная к чему.
Рикадо оказался дома. Он разложил на столе какие-то приспособления и тонким световодом вырезал из металла что-то наподобие остроги.
- А! - воскликнул обрадованно. - Смотри, что я придумал! Все эти современные подводные ружья не доставляют никакого удовольствия. Нет, древние знали в этом толк. Махнём завтра на охоту?
Зорька подмигнул Алане, показывая на её брата. Девушка ответила понимающей улыбкой.
- Не буду вам мешать.
- Так ты на какой остров собрался? - откровенно заговорил Зорька, проводив девушку взглядом. И не дожидаясь ответа, подсел ближе к Рикадо. - Слушай, расскажи что-нибудь об Острове Сбывшихся Желаний!
- Остров Сбывшихся Желаний! - удивился юноша. - Сам ты разве о нём не слышал?
- Слышать - слышал. Но, может, ты бывал на этом острове?
- Нет, меня туда не тянет.
- Что, так уж страшно?
- Нет, говорят.
- Что - нет?
- Ну, не страшно. На исповедь у Светлейшего нужно решиться.
- И туда нужно добираться вплавь?
- Нет, почему. Это просто россказни.
В комнату заглянула Алана.
- Извините.У меня для тебя сюрприз, - поманила Зорьку.
Спустились на первый этаж, прошли в пустой зал. Тяжёлые занавески разъехались, открыв прозрачный куб. Вспыхнул тонкий, как нить, луч света, и куб ожил, наполнился реальным объёмным миром.
Какое-то горное селение. Узкая дорога и домик у скалы. Эффект был настолько поразительный, что Зорька невольно привстал. Алана легонько придержала его.
- Послушай, всё это происходило реально на твоей Земле. Более того, с твоими предками. Автоматы лишь расшифровали информацию наследственной памяти и подвергли редакционной обработке те места, где нельзя было точно восстановить эпизод. Первобытные истоки расшифровываются тяжело, но они не требуют сложных психологических мотивировок.
С жадностью смотрел в куб.
Представление исчезло и появилось снова. Какой-то старик за грубым столом. Белые волосы, борода и брови тоже совсем белые. Но у него весёлые глаза, глаза человека, не таящего своих чувств.
Длинные худые пальцы ловко справлялись с работой, и дерево под остриём его ножа стружка за стружкой сбрасывало многочисленные одеяния, чтобы открылось взгляду то, что было скрыто даже от солнца.
- Учитель, - окликнул резчика прохожий. - Твой сын вернулся с пашни.
Старик кивнул, поблагодарив за новость, торопливо убрал инструмент и заторопился из дома.
Крепкий парень встретил его на улице, с поклоном пригласил отца во двор.
- У тебя радость, сынок? - спросил старик, глядя на молодца доверчивыми любящими глазами.
Они прошли мимо гостеприимно распахнутой двери, уединились в саду, где уже начинали цвести фруктовые деревья.
- Ты прав, отец. Я хочу поделиться с тобой.., - сказал сын, но ещё некоторое время собирался с духом. - С детства я люблю малину. Ягода напоминает мне маленькое ласточкино гнездо. В эти дни, на пашне, ко мне пришли интереснейшие мысли. Я подумал, что счастье - оно тоже, как ягода-малина, состоит из многих зёрнышек-крупиц. И тут важно, чтобы крупицы эти вызрели одновременно, не обгоняя и не отставая одна от другой. А их ведь много, этих крупиц: работа и любовь, здоровье и дети, близкие нам люди, дом и вещи. Всё это подобралось, но их ведь надо ещё скрепить...
Сын замолчал. Было заметно, что он чувствует душой нечто большее, чем сказал, и то, что слова не передавали состояния его души, заставило его умолкнуть.
- Я рад, - сказал старик, - что твой труд на пашне не обогнал твой труд в голове. Твои зёрна выспевают равномерно. И ты, безусловно, прав, что только сознание наше способно собрать все крупицы в одно целое - человеческое счастье.
Сын склонился, поцеловал отцу руку...
«Они переложили всё на мои плечи. - Мысль эта уколола больно, остро. Губы растянулись в презрительной усмешке. - Трусы! Распустили нюни. Дети у них скоро рождаться перестанут. В пробирках зачинать будут. Чего путного от них ожидать? Они только и могут, что гонориться да красиво говорить. В сущности, все эти продовольственные и другие экспедиции не требуют никакого героизма. Им присуща монотонная отлаженность. Он понял это ещё там, на корабле во время обслуживания, и даже раньше. Дистрофики... Но зато они хорошо знают, что такое Мировое время! В него можно попасть и можно не попасть. Всё зависит от сроков. Осень не простит ошибок или промедлений. Можно взбудоражить всю планету, но что из этого выйдет - неизвестно.
Во сне вздохнула Алана. Прислушался. Дыхание ровное, тихое.
«Принести Земле надежду на вечность? Но что она даст людям? Лишние хлопоты, изнурительную работу, а в завершение, возможно, гибель. Нет, не стоит идти на поводу у вечности».
Перевернулся на бок.
Кому нужен этот сопливый мир будущего? Может, высший смысл любой жизни и заключается в том, чтобы прожить до конца полнокровной, натуральной жизнью и умереть со своей планетой. Отцвести и умереть, как всё в природе. А эти выскочки пусть тянут. Их вечность выйдет им боком. Они завоняются, как стоячая вода в болоте, и никакой выдуманный «естественный» отбор им не поможет. - И снова мысль кольнула: «Ты неплохо устроился в этом болоте». «Я на стуле. Судьба меня сажает то на один, то на другой стул, я радуюсь и негодую, как ребёнок. Что же делать? Попытаться найти себя настоящего, не зависящего от обстоятельств. Как? Кто, по-твоему, эти люди, приютившие тебя? Только прямо и один раз! Они неглупы и дружелюбны... Пусть так... Им нелегко живётся на своей планете? Да. Но они научились преодолевать многие трудности. Не станешь же ты отрицать, что всему живому свойственно стремление сохранить жизнь? Следовательно, они не такие авантюристы, как ты думаешь? Может, они достойны уважения? Да. Но мне не нравится в их... Как они живут. Но тебе никто не мешает жить так, как ты хочешь. Да. Ну и живи. А Земля? Землянам ты уже подарил вечность. Как?! Твоя наследственная память рассказала о Земле больше, чем о ней знают сами земляне. Это достойный памятник лучшим. Пола живёт в Мировом времени и имеет перспективу вечности. Здесь же живут твои сыновья. Это великое событие для Земли. Неизвестно, смогли бы сами земляне прийти к мысли о Мировом времени.
Вздохнул и снова повернулся к Алане. За окном медленно рождалось утро. Он так и не уснул.
Вспомнилась просторная комната Совета. Там в его адрес было сказано много хороших слов. «Что ни говорите, а мне, человеку со стороны, доверяют. А может, им нужно, чтобы я вернулся? Это будет первая обратная связь. Я даже, кажется, знаю, что им нужно. Им не хватает кого-нибудь напротив».
Взошло солнце. Ласковое, нежное, какое бывает только здесь, на Поле. Сощурился, глядя в окно.
«Значит, улететь? Пожалуй... - И опять неприятное приторное чувство. - Улететь - мучить девчонку. Теперь-то от неё не отвяжешься. А здесь останется всё её самое дорогое: брат, память о матери, людях. Кстати, памятник твоей матери тоже здесь. Ты уже привык к её лицу. Оно усталое и в глазах тоска. Правда, в памяти возникает нередко другая женщина, такая знакомая, родная. Но и эта теперь небезразлична. А на Земле её даже не помнят. А твой отец? Почему молчат о нём? Ты должен знать всю правду, какой бы она ни была».
Лежал некоторое время, бездумно впитывая свет рождающегося утра. Сон готов был смиловаться над ним, но тут Улика опустилась к нему и обхватила руками голову: «Два года и обряд совершеннолетия - весомая преграда...»
Встрепенулся. «Нет, у них странные законы. Они даже не попытались примирить нас. Как озорно сверкнули её глаза… Непостижимо. Всего несколько дней я на Поле, а моим сыновьям уже больше года. Моё сознание отстаёт от происходящих вокруг меня событий. А эти сорок минут полёта в кубе! Сколько же на самом деле прошло лет на Земле?! Хитрецы... Факт случайного захвата, - передразнил. -Должен быть дублёр. Не один же я ворую яблоки… Грустно. Чем дольше живёт Человечество, тем дальше от природы, свободы, любви. Нет, нужно жить как живут деревья и цветы: пришла весна - потянул жадно соки, распустился, зацвёл, надышался свежим воздухом, нанежился под тёплыми лучами. Пришла осень - складывай жёлтые руки: до встречи, в другом времени и другом месте, о котором нам не суждено знать и предвидеть, можно только мечтать... А если написать письмо в Совет? О чём?»
«Можно начать так: Уважаемые члены Совета! К вам обращаюсь я, сын Земли. - Улыбнулся. Звучало неплохо. - Обращаюсь к вам от имени поколения конца двадцатого века. Понимаю всю важность и ответственность за возложенное на меня доверие, хочу со всей откровенностью заявить: вы не должны ставить вопрос подобным образом. Я не учёный, но воспитан так, что считаю ваш подход к проблеме несолидным и необоснованным. В его основе лежит случайность. И если это случайность, то само собой понятно, что я могу оказаться неподходящей кандидатурой. - Пошевелился, искоса глянул на Алану. - Нет, не так. Скажем... Я не могу быть объективным, так как я не типичный землянин, не знаю международного положения на текущий момент. Я даже не типичный представитель своей страны, так как почти не читаю газет, не плачу членские... Тьфу! Просто не могу быть объективным, потому что хочу создать здесь свою семью. - Покривился, оставшись чем-то недовольный, помедлил. И вдруг тихо выплыла совершенно новая мысль: - Если я скажу «да», то в Мировое время уйдут самые сильные, самые смелые. Вправе ли я не думать о тех, кто всё же останется на Земле? Безжалостные войны и так уносили из рядов Человечества едва не самых лучших. Стоит ли после того судить Землю строго? Может, она достойна жалости? Это дерево, как ни криво, всё же яблоки на нём сладки».
Опять мысли увели далеко.
«Больно мирного нрава поляне. Есть муравьи воинственные и муравьи миролюбивые - так, наверное, и наши Человечества».
Лежал и прислушивался к мерному дыханию девушки. Но спокойствие было недолгим. Почему-то отчётливо вспомнил стереофотографию, виденную у Аланы. Там, среди её ровесниц, была и Илла. Эта фотография, так ясно вставшая перед глазами, родила бурю: «Илла - Алана. Улика - Илла - Алана». Улика самая юная и неопытная. Она первая рванулась на выполнение этого задания. Да-да, задания. Впрочем, ей нельзя отказать в искренности, хотя... Она слишком смело и просто взялась за дело и переоценила свои возможности». Они хорошо его изучили. Вот почему в дело вступила красивая Илла - дубль два. Нет, они не простаки, но Илла, сама того не желая, переосторожничала, перевела их отношения сразу слишком на дружественные рельсы. Лучше всех с заданием справилась Алана. Впрочем, кажется, он сам ей помог. Но как красиво убрали её соперниц.
Всё верно. Целая бригада по приёму. Они умело женили его и пристегнули к Поле детьми. Им невыгодно строить этот автомобиль с двумя штурвалами. Убрать помеху в его лице не позволяют моральные принципы. Всё ложь. Они даже работу подсовывали такую, в которой он вроде что-то смыслил. Всё намного сложнее. И дефицитка - сплошной блеф. Никакой недостачи рук в физической работе, скорее наоборот. Вокруг столько тяжёлого умственного труда, что добыть себе работу физическую становится невозможным. Они пытаются заполнить её недостачу чем только могут. В садах отменяют автоматы и собирают фрукты вручную. В скверах и на площадках редко увидишь скамейку. В метро, в переходах - только пешком. На спорте помешались. Детей, кажется, физической культуре только и обучают.
В голове ералаш. Гнев, возмущение, анализ известного и напряжённый поиск выхода - всё смешалось.
«Но что же им нужно от меня? Я же почти дикарь!»
Нечто, вроде страха, надвинулось, поглощая другие чувства: «Почему молчат об отце?.. Может, предок продул «жисть» и нечего смотреть...»
Зарылся в постель. Перед глазами Зинаида. Но как изменилась, похудела! Лицо почернело, в глазах ожил блеск, ещё тот, досвадебный.
- Что, привыкаешь? - спросила.
- Откуда это? - кивнул на палас, а лицо приняло то деловито-хозяйское выражение, которое должно было ясно показать жене, что прибыл, наконец, муж и нужно держать ответ за всё, что она здесь натворила.
- Мама сильно болела, - тихо сказала жена. - Думала, умрёт. Как-то говорит мне: «Скопила я на похороны, возьми, расходы ведь...» Меня это так рассердило: «Вы лучше не думайте об этом и выздоравливайте», - говорю. И вообще, злая была. Потом ей стало лучше, пошло на поправку: «Забери,- говорит, - доця, те деньги себе на новую квартиру, что-нибудь купите. А поховать меня, правда, и так поховаете».
Что-то сжалось в груди у Зорьки. Он противился, злился, но ничего поделать с собой не мог.
- Ну, что ты, что ты, - подступила к нему жена и тихо обняла, прижала к себе.
- А помнишь, как мы с тобой познакомились? - спросила неожиданно.
- Как?
- Неужели не помнишь?.. Ты сидел и колол дрова - в мастерской топить. А я шла мимо, и мне смешно стало. Ты чего, спрашиваю, дрова сидя колешь? А ты спокойно отвечаешь: «Пробовал лёжа, не получается». Она хохотнула, и оба рассмеялись. Зорька размазал по щекам слёзы и сквозь искорки от солнечного света посмотрел на жену.
«А всё-таки жить на Земле хорошо, - подумал неожиданно и сам удивился этой своей мысли. - Хорошо-то, хорошо, а чего хорошего?».
Алана отдыхала, ощущая рядом его тепло, Зорька в мыслях был далеко. Сознание пульсировало, как родничок, затихая. Приходилось контролировать своё состояние. Да и чем помочь?..
Источник иссяк и, наконец, умолк. Тихо проснулась. Улыбка осветила её лицо.
Какой-то внутренний слух заставил насторожиться.
«Продолжаем цикл заключительных консультаций. Ведущий генетик!»
Лицо Аланы стало серьёзным.
«Уважаемые члены Совета! Предпринятый нами эксперимент заканчивается. Уже сейчас можно вести разговор о снятии ряда запретов, направленных на ужесточение основ естественного отбора у жителей Жёлтого сектора. Постепенно будет восстановлен генный запас у жителей всей Полы. Источник такого фантастического здоровья обусловлен расовым разнообразием землян. Наш гость родом с центра Европы, так называемой Украины. Создается впечатление, что природа специально здесь вымешивала тесто... Сколько народов, народностей! Это настоящий хлеб Вселенной».
«Пола благодарит тебя. Психолог по контактам!»
«Уважаемые члены Совета! Земля - удивительная планета, населённая разумными существами. Зорька, как и его соплеменники, наделён высочайшими умственными способностями. Его разум способен синтезировать точное научное с абстрактным воображаемого, и это абстрактное, как ни пародоксально, приводит к гибким умозаключениям, к новому научному качеству. Вот почему познавательные возможности землян грандиозны, а планета, на которой они живут, получила у наших учёных прозвание «поэтической».
Однако такая природа земного ума привела его к особой форме сознания, когда индивидуум свободно осваивает передовые идеи, ясно видит недостатки других и легко не замечает своих, скрывая их завесой правдоподобных мотивировок. Пародоксально также явление, когда землянин может проповедовать или исповедовать передовые идеи времени, практически на деле повседневно пренебрегая ими, живя по иным принципам, нередко активно регрессируя в своём развитии.
Наш гость смог за короткий срок познать абсолютно новый для себя мир, дошёл до поразительных тонкостей, до философского подхода к некоторым проблемам, однако сознание его остаётся практически на прежней отметке. Мне, преднамеренно спустившемуся до уровня Зорьки, чтобы создать комфорт его пребывания на Поле, пришлось испытать на себе всю затхлость, всю ограниченность этого мира. И тут ещё раз поражаешься поэтичности землян. Этой неувядающей силе, которая у них в крови и которая им помогает держаться.
Зорька - человек из ночи вышедший, а в день не попавший. В этих сумерках предрассветной поры проходит его жизнь не человека, а животного».
«Спасибо. Доклад медицинского центра!».
«Уважаемые члены Совета! Сила земной жизни действительно поражает воображение (здесь мне хорошо понятна инициатива наших девушек), однако, говоря земным языком, хранится она в решете. Исследованиями установлено, что организм землян, приблизительно, как и наш, рассчитан на триста-четыреста лет активной жизнедеятельности. Однако гость смог бы прожить в лучшем случае ещё сорок. Даже кардинальное вмешательство современной науки оставляет надежду лишь на сто - сто двадцать лет. Всё это - следствие примитивного образа жизни, низкого уровня сознания, пренебрежение разумным.
Исследования показали: около девяноста процентов всей деятельности землян направлено на создание условий жизни, и лишь остальные десять устремлены на удовлетворение простейших эстетических потребностей. Мыслительные способности высокие, однако постоянное практическое неиспользование их приводит к частичной атрофии. Почти отсутствует человеческая работа. Нет системы самосовершенствования и самопознания. Ценятся и признаются только материально-накопительная функция, физическое здоровье, сила. Борьба - основа движения, жизненного уклада. Объект классифицируется, и тут я полностью согласен с молодым коллегой, как общественное животное.
Неоспоримо, что Земля дала нам новую силу жизни и было бы в высшей степени справедливо ответить ей тем же. Однако, предварительные данные свидетельствуют: искусственная перестройка сознания землян займёт времени значительно больше, чем таковое имеется. К тому же, наша мораль однозначно высказывается против такого вмешательства. Выход один: земное Человечество должно самостоятельно прийти к мысли о Мировом времени и новых формах жизни. Зная способности этих существ, можно надеяться, что такой естественный сдвиг сознания в качественную сторону произойдёт при определённых условиях в значительно меньшие сроки, чем если бы он осуществлялся искусственно. У них есть шансы на прорыв.
Сложнее проблема «гостя». В данном случае мы практически в тупике. Я предлагаю положиться на интуицию женщины, хотя безопасность человеческого общества, человеческая Память и ответственность перед будущим обязывает нас быть предельно принципиальными...»

За верандой бушевало море. Сквозь сон Зорька слышал, как оно набегало на берег и с шумом скатывалось назад. Во дворе кудахтали куры. Послышался сварливый голос Зинкиной матери.
«Разговор о вечности, - усмехнулся. - Особенно этот куриный переполох по поводу снесённого яйца...».
Солнечный лучик коснулся лица, заставил вздрогнуть. Но открывать глаза не хотелось. «Интересно досмотреть», - подумал о Поле.
Чьи-то шаги... Локон волос коснулся щеки, горячий поцелуй обжёг кожу.
Открыл глаза. На стенах комнаты ещё плескалось море, было слышно кудахтанье кур, но всё это уже медленно пропадало.
Резко повернул голову. Алана стояла в розовой тунике - праздничная, особенная.
- Светлое небо, любимый. У меня хорошая новость. Светлейший пригласил тебя на остров.
Короткого взгляда Зорьке было достаточно, чтобы понять: произошло что-то из ряда вон выходящее. Возможно, получить такое приглашение – немыслимое событие, и это теперь меняло всю его жизнь.
Дальше все было обставлено торжественно: гравитанка доставила его на Сказочный в считанные минуты. Пилот в парадной форме вежливо поклонился.
- Вам нужно идти прямо по этой тропе, - сказал он и отсалютовал Землянину.
Зорька двинулся в указанном направлении, с удивлением рассматривая несвойственной жилой зоне дикий пейзаж. Вскоре остановился растерянно в сплошных зарослях.
- Проходите сюда, - послышался мягкий голос, и Зорька, встрепенувшись, увидел сидящего под деревом человека.
Свободно распахнутая туника, крепкое мускулистое тело. Глаза излучают особую энергию. В позе спокойствие и непринужденность.
- Спасибо! – пробормотал Зорька.
- Мне хотелось поговорить с вами. Как вы оцениваете свою теперешнюю ситуацию?
- Я везучий, - ответил Зорька, наблюдая как незнакомец машинально жует травинку.
- Возможно… И вас ждут на Земле.
- Мне здесь тоже нравится, - попытался быть вежливым.
- Здесь тупик цивилизации. Вы это интуитивно уже почувствовали. Хотите увидеть свой дом? Закройте глаза.
Зорька закрыл глаза и ощутил особый аромат, исходивший от тела приблизившегося к нему незнакомца. Кончики пальцев коснулись его рук, и по ним прошел трепет.
И вдруг он стал зрячим с закрытыми глазами. Абсолютно четкая и яркая картина: родной город, знакомая улица, дом, в котором у него теперь была квартира. Третий этаж… Выше, выше... Застыл в изумлении: в зале, на знакомом паласе играет мальчик. С кухни доносятся знакомые звуки. Зинка готовит обед. Странно, но находился Зорька как бы под самым потолком и наблюдал все это с высоты своей квартиры.
- Это ваш сын, - отчетливо сказал голос. – Она до сих пор ждет вас.
Зорька онемел. Душа больно сжалась.
- Помогите, - пропищал жалобно, не совсем понимая, о чем просит.
- С радостью.
Что-то с силой встряхнуло его, стукнувшись слегка о потолок, он резко пошел вниз и рухнул на собственный палас, довольно больно зашибив коленку.
Мальчик испуганно вскочил и с удивлением смотрел на незнакомого человека. Зорька на некоторое время совсем потерялся, не имея возможности ни что-то говорить, ни что-то думать. Перед глазами снова заросли острова и улыбка хозяина, прощальная и доброжелательная, от которой защемило сердце. Но зрение уже вернулось, и он увидел испуганного ребенка и услышал приближающийся голос жены, такой родной, такой долгожданный:
- Ты что тут уронил, проказник?!.

Нашли ошибку в работе сайта, сообщите нам :)